Фрэнк Алджерон Каупервуд

Я очень люблю Драйзера и нередко его перечитываю.  «Трилогию желаний», правда, пока прочла лишь один раз. Эти книги глубоко поразила меня; мастерство писателя в них приблизилось к совершенству. Сразу становится понятно, что Драйзер писал эту книгу на закате жизни: только опыт многолетнего вдумчивого наблюдения за обществом и отдельными личностями мог породить такого глубокого и неоднозначного персонажа, как Фрэнк Алджерон Каупервуд.

Умный, коварный, изворотливый, настойчивый в достижении цели, он олицетворяет триумф эволюции. Сколько бы ударов ни нанесла ему судьба, Фрэнк Каупервуд каждый раз поднимался на ноги — кроме того самого, последнего… но смерть — и судьба — поистине высшее звено эволюции. Они побеждают всех.

Положительные черты в этом персонаже причудливо переплетаются с недостатками, как это нередко случается в жизни. Но у такой выдающейся личности не может быть мелких грешков. Нет, Каупервуд — крупная рыба, и играет по-крупному, и одинаково велик в успехе и в грехе. «Мои желания — превыше всего» — вполне официальный девиз этого человека, неоднократно упоминающийся в книге, но я бы добавила и другое, не менее известное высказывание — «Цель оправдывает средства». И ещё, пожалуй, — «В любви все средства хороши», в том числе и в любви к деньгам.

Но что такое — любовь Каупервуда к женщинам, из-за которой ему пришлось так нелегко? Проявления того, что сейчас назвали бы «природой альфа-самца», или страстное стремление к красоте, нашедшее выход так же и к тяге Фрэнка к искусству? Я думаю, и то, и другое. И всё же мне трудно простить ему пренебрежение к Эйлин, его бесконечные измены. Драйзер, вероятно, оправдывает своего героя, но я не могу. До чего же надо быть неблагодарным, холодным и эгоистичным человеком, чтобы так относиться к женщине, которая отдала ему всё! Ну, Каупервуд и был эгоистом, эгоистом до мозга костей, в самом негативном проявлении этого слова, и писатель неоднократно подчёркивает это.

Каупервуд, обладавший такой сильной волей, мог, несомненно, препятствовать многочисленным соблазнам, возникающим у него на пути, но почему-то не считал нужным делать, даже в тех случаях, когда это могло повредить — и вредило — его бизнесу и самой жизни. Подобное пренебрежение людьми — наверно, нормально для крупного бизнесмена, но совершенно не допустимо для хорошего человека. Впрочем, хорошим человеком Фрэнк Каупервуд как раз не был. Его духовное развитие оставляло желать лучшего, и то, что придаёт жизни ценность, осталось от него сокрытым.

Драйзер показал эту истину во всей наготе, наглядно продемонстрировав, как ничтожно было наследие столь великого финансиста. После его смерти не осталось почти ничего, кроме величественного склепа — темницы плоти — и трёх миллионов, истаявших в долгах. Тем сильнее выглядит контраст с учением индийского гуру, к которому отправилась Беренис, последняя любовь Каупервуда. Я даже думаю, что Драйзер всю книгу затеял ради этой предпоследней главы. В самом деле, если бы он просто написал бы эти несколько абзацев, хранящие в себе великую мудрость, они не производили бы такого сильного впечатления. Однако контраст со всей трилогией так велик, что эти слова поневоле западают в душу. В последних главах чисто западная тяга к наживе и к мишурному блеску противопоставляется восточному стремлению к совершенству, и явно не к чести первой.

Мораль ясна: истинную полноту жизни может ощутить лишь тот, кто живёт ради чего-то большего, чем он сам. Фрэнк Каупервуд, при всём своем финансовом величии, прожил свои шестьдесят с небольшим лет в бессмысленной погоне за успехом. Незадолго до смерти он начал это понимать, но было слишком уже слишком поздно.

А для нас? Не поздно?

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*